Бремя Луганского Путина

Накануне предвыборной кампании критика в адрес тех или иных оппонентов лилась рекой, но насколько были обоснованы те или иные претензии – не тема данной статьи. Есть желание сейчас, по прошествии времени после предвыборной истерии, спокойно проанализировать тот период времени, который вот-вот назовут «Эпохой Луганского Путина».

Само появление Евгения Бурлаченко – классический случай внедрения образа в сознание электората. Пока остальные соискатели на мэрское кресло в далеком 2002 году бились над вопросом, как бы сильнее проявить любовь к избирателю, команда Бурлаченко избрала другой путь: они создали образ, практически не афишируя саму личность. Причем, образ был симпатичен основной электоральной массе, он вызывал пусть расплывчатые, но положительные ассоциации. Потому что речь шла ни много не мало, а о клонировании образа Владимира Путина, который на момент пользовался популярностью не только в России, но и в сопредельных государствах. Народ с удвоенным желанием захотел «доброго царя». Ему его и преподнесли, естественно, адаптировав «царя» к местным реалиям.

И народ оправдал ожидания команды «Путина» и самого Евгения Дмитриевича: Бурлаченко победил с хорошим отрывом от конкурентов.

Взаимовыгодная дружба с депкорпусом

Евгению Дмитриевичу повезло с политической ситуацией. На тот момент Луганский горсовет отчаянно лихорадило: предыдущие мэры – Алексей Данилов и Анатолий Ягоферов - так и не смогли найти общий язык с депутатами, поэтому своего кресла лишились. Перед Евгением Бурлаченко встала серьезная задача: найти общий язык с депутатами. И он это сделать сумел. В результате стал первым за 12 лет городским головой, который отсидел свой срок «от звонка до звонка». Другое дело, как ему это удалось. А вот тут мы уже переходим в область допущений, хотя и небеспочвенных.

Дело в том, что в Луганский депкорпус, наряду с «простыми» депутатами, попали и представители крупного Луганского бизнеса, которым для расширения своей деятельности ох, как не хватало земли. Есть основания говорить, что именно путем «подкармливания» этих ненасытных бизнесменов Евгений Бурлаченко мог контролировать процесс принятия необходимых для города решений.

Еще одним важным фактором, который сыграл на руку Бурлаченко, стала его прошлая должность в СБУ - структуре, которой было доподлинно известно «ху из ху» в Луганске. Я, безусловно, допускаю, что до шантажа депутатов дело не доходило, но с выходцем из СБУ шутки плохи, поэтому и сами депутаты, наверняка, предпочитали не перегибать палку с земельными аппетитами и лояльно относились к тому, что городом иногда нужно управлять бесплатно.

Впрочем, ближе к выборам депутаты Бурлаченко уже не боялись и даже шли с ним на открытый конфликт, достаточно вспомнить эскапады в адрес мэра со стороны Владимира Медяника – одного из ведущих бизнесменов-депутатов.

А что хорошего было?

Несомненным «плюсом» Бурлаченко необходимо назвать реанимацию пресс-службы городского Совета. Сейчас уже ясно, что пресс-служба работала чахленько, однако, если сравнить ее работу с работой «предшественниц», то пусть лучше будет так, чем никак. Вообще, предыдущие Луганские мэры к пресс-службе относились с прохладцей, воспринимая ее не более чем, как необходимое зло. Лишь к концу своего срока Анатолий Ягоферов вдруг воспылал любовью к масс-медиа, но то был отчаянный шаг, чтобы хоть как-то спасти остатки репутации. Евгений Бурлаченко еще на моменте избирательной кампании задружил с газетой «XXI век», а после победы на выборах сманил оттуда одного из ведущих журналистов – Аллу Чиж, которая и возглавила его пресс-службу. Впрочем, «XXI век» не шибко обиделся, тем более что переходу Чиж из журналиста в чиновники поспособствовал и редактор издания Юрий Юров, а сама газета практически всю каденцию Бурлаченко освещала его работу в положительных тонах. Однако именно мэр оказался в числе тех немногих, кто в марте этого года не поздравил «XXI век» с 10-летием. А зачем? Газета свою работу сделала.

За пару лет до выборов-2006 Евгений Бурлаченко стал регулярно появляться на канале «ЛКТ» в передаче «600 секунд с мэром», не чуралась его команда и заказных статей, так или иначе поддерживающих имидж Евгения Дмитриевича, в различных городских газетах.

Команда мэра впервые ввела в городе так называемую социальную рекламу: биг-борды и лайт-боксы с разного рода оптимистичными надписями, от которых порой хохотал весь город. Чего стоит одна из таких: «Завтра твой день!»…

Опять-таки, именно Бурлаченко первым из Луганских мэров не постеснялся завести свой именной сайт, где помимо обычного справочного материала, выкладывались новости пресс-службы. Сим нововведением он немало порадовал местных новостийщиков-интернетчиков, которым лень было идти в горсовет за релизами, а так можно было узнать о реальном положении дел, не выходя из кабинета.

Собственно, на этом список славных дел придется завершить.

Но было слабое звено…

Собственно, не является особым секретом тот факт, что политиком Евгений Бурлаченко был слабым. На момент его воцарения в мэрском кресле новоизбранные депутаты даже слегка побаивались экс-эсбэушника, поговаривали, что «оттуда навсегда никто не уходит» и т.п. Со временем стало ясно, что договориться с головой можно запросто. А дело в том, что с политикой мэр осторожничал до предела. До и во время «оранжевого переворота» предпочитал позиционировать себя как беспартийного. Поговаривают, что по той же причине не поехал на Северодонецкий съезд сторонников Януковича, где, впрочем, была замечена секретарь горсовета Валентина Кияшко. Женщина оказалась принципиальнее мужчины?

Участие же городского головы в съезде Луганских «нашеукраинцев» многие расценили не более чем желание Бурлаченко перестраховаться, дабы потом с него спросу не было. Но было уже однозначно поздно: превалирование в Луганске идеологии Партии Регионов было настолько однозначным, что «оранжевый» уклон мэра вызвал легкое недоумение в среде истеблишмента.

Особый ажиотаж в городе вызвало создание районных в городе администраций. Реальной работы ими не проводилось, а с приходом на должность председателя Ленинской районной в городе Луганске администрации Александра Кияшко все расставило по своим местам: мэр просто попытался на ключевые посты расставить своих людей. В результате, городу пришлось за свой счет кормить и райсоветы, которых как бы никто не отменял, и штат райадминистраций, суть работы которых вылилась в бесконечное выяснение полномочий. Надо полагать, что избрание на должность секретаря горсовета Надежды Черновой в минувшую субботу является знаковым: администрации в городе упразднят. Что, впрочем, не является удивительным: первыми людьми в городе стали экс-председатели райсоветов Сергей Кравченко и уже упомянутая Надежда Чернова – оба ярые противники райадминистраций в Луганске.

Почем денежки?

Больший интерес вызывает экономическая и коммерческая деятельность Евгения Бурлаченко на благо Луганска. Дабы не быть голословным, процитирую мнение оценку, недавно данную экс-мэру председателем Луганского областного отделения Партии Регионов Александром Ефремовым: «... Я вчера запросил финансовую сторону вопроса (о положении дел с городской казной – «Арена»). 12 миллионов кредитных ресурсов, взятых в казначействе (казначейство больше не может кредитовать) и те средства, которые поступают, идут в расчет за лизинг, который взят под покупку трамваев, мусороуборочной техники. На сегодняшний день у мэра (Сергея Кравченко – «Арена») нет финансовой платформы для серьезной работы. Поэтому первый вопрос, который необходимо себе задать, это за какие средства город будет жить?».

Зато Евгений Дмитриевич, по россказням злопыхателей стал владельцем собственного автопарка, самая дешевая модель в котором стоит не менее $40 тысяч. Это, конечно же, враки!

Новатором Бурлаченко проявил себя и вопросах взятия кредитов. Механизм прост: приобретаются, к примеру, автобусы у производителя по лизинговой системе. За возврат средств отвечает городская власть, то бишь, жители города (чего уж греха таить). Мэр города, оттрубив положенный срок, сдает свои полномочия. Но денежки-то надо вернуть… А над способом изыскания средств будет ломать голову новый мэр и новый депкорпус. Со старой же гвардии взятки гладки. Если учесть, что у Луганска действительно вместо бюджета одна огромная прореха, задаемся вопросом: чем платить будем? С одной стороны, везде сидят люди умные, и автобусы «Богдан» нам не за красивые глазки продали. И надо полагать специалисты из финансового управления горисполкома тоже просчитали возможность погашения долга. Тем не менее, осадок остается неприятный.

Но, безусловно, главным коньком экс-мэра стала городская земля. Распинаясь перед самыми выборами в духе «Ни пяди Луганской земли олигархам», Евгений Бурлаченко, прямо, скажем, лукавил перед избирателями. Потому что на пару с главным Луганским архитектором за четыре года они развели настоящую земельную вакханалию и теперь еще неизвестно, «под кем» окажется отданная этой сладкой парочкой в аренду на 49 лет земля.

… По сообщению ИА Cxid.info, в кабинете новоизбранного мэра Луганска вместо мебели одни плинтусы. Вот как эту ситуацию объяснила начальник пресс-службы горсовета Алла Чиж: «Мебель, светильники и остальное забрал бывший мэр Евгений Бурлаченко, поскольку все это было приобретено не за бюджетные средства. Возможно, он обставит свой офис, не могу сказать точно», - сказала А.Чиж. На вопрос: «Где же старая мебель, приобретенная за бюджетные средства?» - она ответила, что мебелью в горсовете заведует хозяйственный отдел. В хозяйственном отделе ни чего вразумительного по поводу мэрской мебели сказать не смогли, ответив, что начальник на больничном и только она может что-либо прояснить.

Вместо эпилога

Бывшие городские головы – Алексей Данилов и Анатолий Ягоферов – по-прежнему в политике. И пусть их голос порой неслышен, они присутствуют. Интересно, где найдет свое место Евгений Бурлаченко?

Может, это покажется странным, но, похоже, что нигде. Потому что экс-мэру нечем крыть: как было разрушено городское хозяйство, так оно и осталось. Как возникали перебои с отоплением, так и возникают. Как латали жители коммунальных домов крыши за свой счет, так и латают.

Одно радует: у нас был свой путин.

Ма-а-а-ленький такой, зато сумевший превратить город в одну большую клоаку.